С января по июнь 2010 г. на экспозиции «Ризничное собрание Троице-Сергиева монастыря XIV-XVII вв.» можно более подробно познакомиться с эпохой Смутного времени начала XVII в. Более пятидесяти предметов, которые выставлены в двух последних залах экспозиции, являются вкладами в Троицкую обитель участников тех непростых событий или их ближайших родственников.

В отдельный комплекс выделены вещи, принадлежавшие двум представительницам высокопоставленных российских родов: Марии Владимировне Старицкой (двоюродной племяннице царя Ивана Васильевича IV Грозного) и Ксении Борисовне Годуновой (дочери царя Бориса Годунова). Волею судьбы обе женщины оказались в числе «троицких сидельцев». Они шестнадцать месяцев (23.09/06.10.1608 – 12/25.01.1610) провели внутри мо-настырских стен, осаждаемых польско-литовскими отрядами.

Другая группа вещей связана с архимандритом Троице-Сергиева монастыря преподобным Дионисием (Зобниновским) и келарем Авраамием Палицыным. Они сыграли значительную роль в активизации действий русских войск против иноземцев. Им принадлежит и заслуга восстановления разрушенного в годы осады монастырского хозяйства. На нескольких крестах и предметах церковной и бытовой утвари, представленных на экспозиции, имеются надписи, свидетельствующие, что они принадлежали архимандриту и келарю или же сделаны по их указу.

Уникальным памятником Смутного времени является Евангелие, изданное в Москве печатником А.М. Радишевским-волынцем в 1606 г. Работа над книгой продолжалась более года, за это время на российском престоле сменилось три правителя. Издатели так определили назначение своего труда: "идольское нечестие искорени и истоптати, и люди светом благоразумия благочестие просвещати".

Самые роскошные вклады в Троице-Сергиев монастырь в первой трети XVII в. были даны на помин души Ф.И. Мстиславского и Д.Т. Трубецкого. Оба (правда, каждый по-своему) были реальными «творцами истории», не без оснований претендовали на российский престол. Наряду с известными фамилиями на некоторых этикетках в качестве вкладчиков значатся и незнакомые имена. Например, ложку из «индейской» морской раковины пожертвовал астраханский священник Д. Онофреев. Он не оставил заметного следа в истории, но он пережил великую российскую Смуту.

Подавляющее большинство произведений и ранее входило в состав экспозиции, сейчас они снабжены более подробными аннотациями. Среди новых экспонатов – серебряные кубки западноевропейской работы (предположительно вклады княгини Ульяны Голицыной), два серебряных ковчега-мощевика, данные по дьяке В.Я. Щелкалове его сыном, покров, выполненный по заказу княгини А.В. Трубецкой из великолепного итальянского бархата.

Княгиня Анна Васильевна Трубецкая вложила в монастырь на помин души своего мужа князя Дмитрия Тимофеевича Трубецкого 17 предметов. Часть из них сохранилась, часть - нет. Но в XIX в. составители описей имущества Троицкой обители приписали вкладу княгини вещи, не имеющие к ней никакого отношения; также безосновательно приписывались произведения и другим известным личностям. Изучение монастырских документов XVII - начала XX в. позволило более точно провести грань между подлинными и легендарными вкладами эпохи Смутного времени.